• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:31 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
ну вот и появился дневник. Что тут будет - пока не знаю. Проза, чтихи, заметки, смотрите сами...
Как говорят японцы: ХАДЗИМЕ!

11:32 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
что-то странное вышло. Вот что значит писать рассказ про нек и следом читать Бродского.
По стиху этого не видно, но он написан на основе моего фантастического рассказа (пока только на бумаге; потом выложу в Нете).
ПРОЩАНИЕ
Пять шагов разделяло их;
Но они были жизни длинней.
Расстояние для двоих
Сильней
Километров, путей, дорог...
И стекло - как закрытая дверь.
Хоть помочь ты девчонке не смог,
Верь:
У нее еще все впереди.
Но твоя жизнь идет и идет...
Только верь, надейся и жди:
Придет;
Распахнется внезапно дверь,
На пороге - она.
Человеком вновь станет зверь.
Луна
Выйдет опять из-за туч
И уйдет, истает печаль.
Станешь светлым, как солнца луч.
Но... прощай...

14:35 

стих

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Я над ним извращался пол-торы пары.ж И вот результат:
:duma2:
ПОСЛЕДНЕЕ СВИДАНИЕ
Громко ветер шумел в кронах;
Тихо губы шептали: "Прости".
А в ответ: Отпусти,
Нету счастия в царских коронах".
Я на небо смотрел спокойно
Ты же - не смела поднять взор.
"Не переживу позора..."
Достойна
Ты стать моей женой".
"Ах, это ты всему виной"
Румянец алый на щеках,
В руках
Клинок, как знак расплаты;
Удар - и боль в моей груди.
Успеваю сказать: Прости,
Знаю, достойная мне плата»

14:36 

рассказ

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
ПУТЬ НАЕМНИКА
Modus vivendi
(Образ жизни)
1.

В лесу одиноко горел костер. Где-то вдалеке слышались песни, пьяные выкрики, шум… Наемники праздновали победу. Виет не был с ними. Он в одиночестве сидел около костра.
Вообще-то к индивидуалистам «солдаты удачи» относятся не положительно. Скорее наоборот. Они обычно празднуют победу вместе. Как валялись бы на поле боя в случае поражения. Но для Виета было сделано исключение. Ведь он доказал в бою, что хороший наемник. А в мирное время – что неплохой человек. А что после боя хочет побыть один… Наемники решили, что он в одиночестве молится богам.
Но это было не так. Виет просто любил побыть после напряженной схватки в одиночестве. Чувствовать, как отпускает ненависть и желание убивать. Вновь из боевой машины превращаться в обычного человека.
«Солдат удачи» достал флягу и сделал большой глоток. За тех, кто не пережил бой. Павших в жестокой сече с остроухими, утыканные их стрелами… Честные люди и сильные войны. Жаль, что они прожили так мало. Ничего, он отомстит.
Свет костра осветил кого-то, подходящего к одинокому наемнику. Меч у Виета всегда был под рукой. Двигался пришелец как-то странно, пошатываясь. Успел, наверное, набраться уже. Хотя этот человек явно не из их отряда. Стоп, это вообще не человек!
Капюшон слетел с головы. Стали видны заостренные уши, дивные, миндалевидные глаза, жемчужного цвета волосы. Эльф… Точнее, эльфийка. И, похоже, совсем еще девчонка. И дело не в лице – оно у них такое юное в течении долгого времени. Просто в глазах пришелицы нет еще такого выражения вечной мудрости, присутствующего у взрослых остроухих. Да и фигурка не до конца еще сформировалась.
Эльфийка как то странно застонала и начала оседать на землю. Виет, держа наготове меч, застыл. Притворяется или нет? Наемник начал осторожно сближаться, готовый к любым фокусам. При этом он стал отмечать детали, позволяющие составить более полную картину. Остроухая воевала против нас. На зеленом плаще – эльфийская руна солнца, символ дополнительных войск. Меча нет, но на поясе болтаются пустые ножны. Плащ заляпан грязью и кровью. Из плеча торчал обломок арбалетного болта.
По уму, ее следовало добить. И ей меньше мучений; и ему проблем. Отдать ее отряду – жестоко. Отпустить – нельзя. Она вернется и снова станет убивать. Виет вскинул клинок, готовясь к решающему удару. Ей не будет больно. Это лучший выход для всех. Но почему родной, испытанный в битвах клинок кажется таким тяжелым и неудобным?
Эльфийка открыла глаза. Чудесные, зеленые, цвета листьев. Даже сейчас, полные боли, они были прекрасны. И остекленеют, потухнут… Пальцы разжались, клинок выпал из рук. Да, это слабость… Она враг.
Додумать мысль наемник не успел; девчонка что-то пробормотала на своем языке. Похоже, она не осознавала, где находится, кто рядом… И голос у не красивый, даже сейчас.
Нет, не могу. Лицо наемника исказилось. В голове зазвучали голоса погибших. Они требовали крови остроухой!!! Клинок вновь оказался в руках.
В костре треснула ветка. И Виет решился. Резко, со злостью, вбросил оружие в ножны. И подошел к эльфийке. Врагу.
Что я делаю, - билось в голове, - так нельзя!!!
Но «солдат удачи» не обращал на это внимания. Подхватил девушку, отнес поближе к костру. Осмотрел рану; так, кость не задета. Если не будет заражения, то ничего страшного в ней нет. Стандартный набор: кровопотеря, болевой шок, повреждение тканей. Все это знакомо любому наемнику.
Наложить жгут. Вытащить наконечник, обеззаразить рану. В полевых условиях это значило прижечь ее головешкой из костра. Жестоко, но не вести же ее к наемникам… От боли девчонка потеряла сознание. Теперь наложить заживляющую мазь, которая есть непременный спутник солдата, и туго забинтовать. Должно помочь. Правда, помощь ему оказывать приходилось людям, но Виет сомневался, что остроухие сильно отличаются от них. Впрочем, это проблемы ученых. Здесь же: получится – хорошо, нет – еще лучше. Проблем меньше будет.
Себе Виет мог признаться, что эльфийка ему понравилась. И, похоже, как личность она тоже его устроит. Наемник поразился крамольности этой мысли. Нет!!!
И тут ему в голову пришла идея. Рискованная, но «солдат удачи» постоянно играет со смертью. Он допил вино из фляжки и, завернувшись в плащ, улегся спать. Кошмары его уже давно не мучили. Приучился спать без снов.
2.

Сон наемника крепкий, но чуткий. При малейших признаках опасности воин должен мгновенно проснуться и быть готовым к действию. Вот и сейчас, услышав шаги, он мгновенно открыл глаза. Свет луны заслонила чья-то тень. В руке нападавшего был короткий и тонкий нож. Замах и… рука попала в захват. Как он и думал, эльфийка решила напасть. Да, ошибся, не став обыскивать, подумал Виет. Становлюсь сентиментальным; это плохо: укорачивает жизнь «солдата удачи».
Тонкая кисть с длинными ногтями метнулась к глазам. Наемник перехватил и эту руку. Попытка ударить головой в нос. Виет слегка наклонил голову. Столкновение лбами было сильным, но наемник ожидал этого и продолжил действовать. Он перехватил ее запястья и выбил оружие.
Странно. Но это действие эльфийки в глазах Виета лишь делала ее более хорошей. Воин, который никогда не сдается. Готовый к схватке до конца своей жизни. Хитрый и безжалостный. Виет был одним из немногих, кто мог это понять.
Он усмехнулся; это не был оскал, который появлялся во время боя. Кривая ухмылка, говорящая о глубине падения. Она относилась в равной степени как к девушке, так и к нему.
-А ведь я тебя спас. Неужели ты хочешь убить меня? Вот она, твоя благодарность…
Он отпустил девушку; затем подошел к костру и снова разжег его. Жаль, что закончилось вино; сейчас оно бы не помешало, - подумалось «солдату удачи».
Эльфийка подошла к наемнику и уселась рядом.
-Я осьибалась, - глухо сказала она. На языке Империи остроухая говорила грамотно, хоть и с сильным акцентом. Он молчал, глядя в огонь, вечный спутник войны.
-Почьему ти мне помьёгаесь? – продолжила эльфийка. Отблеск костра делал ее юное лицо загадочным.
А демоны знают, - был бы самый честный ответ. Но девчонка этого не поймет. И Виет начал самозабвенно врать:
-Мне не за что ненавидеть тебя и твой народ. Это война королей и тех, кого они смогли «уверить» в своей правоте. А я… Мне платят, я сражаюсь. И все. Битва закончена и я могу делать, что пожелаю. А ты почему оказалась в войсках?
При этом он сжал зубы, чтобы не застонать. Было чувство, что он предает друзей, свой отряд и вообще все человечество. Но убить эту девушку, врага, было выше его сил.
Эльфийка пожала плечами.
-Нам стьёлько говьорильи, чьто вы варьвари, убьийци... Сьжигате целие дьеревьни, убьиваетье, насьилюитье… Этьо правда?
-Скорее нет, чем да. Лично я этого не делал. Да и большинство наемников – тоже. Разве что «Кровь-и-Мрак». Но это – особый случай. Их презирают даже остальные «солдаты удачи». Я далеко не святой, но то, что они вытворяют… - он передернул плечами; по лицу Виета пробежала гримаса отвращения. Глядя в огонь, он помолчал. Потом продолжил: Про регулярные войска говорить не буду. Не знаю.
-Я Виет.Как тебя зовут? – по прежнему глядя в огонь, спросил наемник.
- Гэсолэль, - коротко ответила девушка.
Наемник не знал, поверила ему девушка, но вопросов больше не задавала. Так они сидели и смотрели на огонь, пока не наступил рассвет.
3.

Спустя два дня Виет пошел к своему командиру. По странной иронии судьбы им был его бывший наставник, обучивший его, тогда еще совсем юнца, нелегкому ремеслу «солдата удачи». И Виет сильно надеялся, что Дэрв его поймет.
Его командир сидел у палатки и точил свой клинок. Праздник закончился и отряд вновь зажил своей обычной жизнью. Виет подошел к наставнику и изложил ему свою проблему.
-Хочешь уйти из отряда, - переспросил Дэрв. Его ученик кивнул.
-Иди, если хочешь. Контракт закончится через месяц, но… Выкручусь. Не впервой приписками заниматься. Я своих не предаю. Но объясни, зачем? У тебя бы карьера была…
Виет опустил глаза и почувствовал, как вспыхнуло его лицо. Как девица, право слово, разозлился наемник на себя. При этом он вспомнил.
…К рассвету стало холодно, но дрова кончились. Идти же за ними было неохота. Поэтому они закутались в плащ и обнялись, пытаясь согреться. А потом… Их губы встретились в поцелуе. Виет так и не понял, как это произошло. Затем…
Силой воли «солдат удачи» вернулся к реальности. Вспоминать было приятно, но… Виет чувствовал себя предателем. Своего наставника, чести наемника, друзей, убитых остроухими. Человечества, в конце концов.
Наставник подождал ответа, затем продолжил: Чем думаешь заняться вне отряда?
-Я устал от войны. Найду себе небольшой ленн, женюсь (главное, не сказать, на ком…). И будет у меня тихое семейное счастье.
-Ну-ну, иди. Но ты – человек войны; ты ей живешь. Попытка сбежать приведет лишь к тому, что она придет следом. Не забывай об этом…
Спустя сутки все документы были оформлены.
-Меч? Я могу его оставить? Как память о том, кем я был. О моем наставнике и командире.
И словах, что ты сказал, - мысленно продолжил наемник. Впрочем, одну из причин он не назвал: идти придется по территории, где эльфов ненавидят. А он будет защищать Гэсолэль.
-Бери. И будь счастлив.
4.

Они шли уже три дня. Шел мелкий дождь, мешающий разглядеть, что находится впереди. Он был им на руку: в такую погоду мало кто шляется снаружи. А Лесной народ не любили, поскольку с ними продолжалась война.
Никаких идей у бывшего наемника не было. Они просто шли, надеясь на чудо. Его не произошло. За моросящей пеленой путники не заметили врагов. Словно из-под земли перед ними появилось четверо мужиков. Бородатые, вооруженные разнообразным оружием, в кожаных куртках. Неизвестно, кто это был: мародеры, разбойники, партизаны, еще кто-то...
Вперед вышел тощий парень, поигрывающий ножом. На поясе у него висел короткий меч. Вожак, глядя на него решил Виет.
-Это территория Алых. И за проход требуется платить, - подойдя. Усмехнулся тот.
Бывший наемник задумался. Справится с этой кодлой было несложно, но проблемы ему не нужны. Пожалуй, заплачу, решил наемник, но…
-Баба, - оскалился вожак и откинул капюшон с головы Гэсолэль. Эльфийка, - с ненавистью прошипел он.
Враги недооценили бывшего наемника. Стойка им не показалась боевой: сильно согнуты ноги, обе руки где-то у пояса и скрещены… Бандиты не знали, что необычного следует опасаться.
Миг – и в руках бывшего наемника появился метательный нож. Бросок в горло врага, прыжок. Противник ткнул копьем, но там Виета уже не было.
Плащ, чтобы не мешался, наемник сбросил. Прямо на голову бандиту с кистенем. И выхватил меч. Дальше все было просто: рубануть пробегающего по инерции копейщика. Продолжая разворот, зарубить запутавшегося в плаще врага. И повернулся к вожаку.
Тот пытался зарезать эльфийку. Пока безрезультатно. Виет возблагодарил Богов, что гловарю бандитов эьтого не удалось. Как обычно, в бою он сперва пытался выжить сам, потом – убить врагов. Спасти кого-то, для наемника дела десятое.
Вожак был неплох. Для бандиты. С наемником-мечником ему было не тягаться.
5.

Война между эльфами и людьми, позднее вошла в историю как пятилетняя, закончилась. Наступил мир. Государства обменялись посольствами, уверили друг друга в нерушимости границ. Но это было хорошо на бумаге и в речах послов. На деле же все было не так красочно. Скорее, наоборот. Стычки, небольшие, но частые и кровавые. Драки с противоборствующей стороной, в которых не было правил: разрешены любые премы, оружие, бить толпой одного. Не жалели стариков, детей, женщин. Преступления, жуткие и бессмысленные. Митинги, лозунги на стенах домов. Те же, кто должны искать преступников, сами им сочувствовали.
Виет нашел небольшую деревушку вдалеке от границы. Построил себе дом на окраине и скромно стал жить. Бывший наемник женился на Гэсолэль. Вместе они возделывали огород и мечтали о долгой и счастливой жизни. Бывший «солдат удачи» повесил свой меч на стену и лишь иногда тренировался с ним, чтобы не потерять форму. С соседями они были вежливы. И те им отвечали взаимностью Казалось, все хорошо, но…
Это случилось в годовщину начала войны. В таверне собрались несколько десятков мужиков, среди которых были бывшие солдаты. Выпив, они решили пойти вершить справедливость и двинулись к дому бывшего наемника. Бей остроухих, звучал крик.
Сломав ворота, они ворвались внутрь.
Гэсолэль вышла на крыльцо. Ворвавшаяся на подворье толпа на секунду остановилась, сраженная красотой эльфийки.
-Вь чьем дьело? – спросила она на языке Империи людей. Слова были смягчены акцентом, который так и не исчез за эти годы жизни среди людей.
На секунду показалось, что угроза миновала, но…
-Братва, мочи ушастую, - выкрикнул из толпы чей-то пьяный голос. Полетели камни. Один из них ударил Гэсолэль в плечо; второй – в живот, заставив согнуться. Толпа рванулась вперед.
Виет выбежал из-за угла, сжимая в руках колун. Он увидел, как сильнейший удар вилами отшвырнул Гэсолэль, его возлюбленную, к двери. Перед глазами бывшего наемника появился алый туман. Сознание его стало кристально ясным, как всегда в бою. Тело рванулось вперед; он замахнулся своим неудобным оружием…
Впервые он не думал о защите. Не пытался выжить. Целью его было убить. Убить их всех. Тех, кто отнял его девушку.
Виет слышал какие-то крики. Но смысл не доходил до его сознания. Так ему еще не приходилось сражаться. Не используя стратегию. Не думая о защите. Лишь с одной целью: убить.
6.

Виет очнулся в лазарете. Весь в бинтах, он походил скорее на мумию, чем на живого человека. Все тело болело.
-Где я? Ах да, это лазарет. Похоже, меня ранили… Какой мне странный сон приснился. Словно я женился на эльфийке, а ее…убили?
Откинулся полог и внутрь вошел командир.
-Да, натворил ты делов, - буркнул Дэрв, - тебе должны повесить.
Неужели… Это все правда? Нет!!!
Дикий крик вырвался из горла бывшего наемника. Слова командира, сказанные при расставании, оказались пророческими.
- Дэрв, ты был прав.
-Ну еще бы. Поболе твоего прожил. А ты хорош. Убил 15 человек. Я ведь тебя не так учил… Ладно, нет времени. Через час ты совершишь побег. Все уже готово. В роще находится конь. Выкрутимся, как-нибудь.
Виет удивленно поглядел на командира. Он ради меня. За это могут и убить, несмотря на все заслуги.
-Но… Почему?
Вместо ответа Дэрв присел рядом и достал флягу.
-Помянем твою жену.
Выпили, помолчали. Потом командир глухо начал: Я был другим. Обычным горожанином, старающимся держаться от войны подальше. Имел доходное дело, невесту. Ее изнасиловали и убили какие то бандиты. Их не нашли. Я едва не покончил с собой. Но решил более удачный способ умереть. Записался в наемники. И в самых отчаянных битвах я был на острие атаки. Все считали это проявлением храбрости. Но это было лишь ожидание смерти. Странно, но я выжил. Сейчас я не хочу умирать. Но готов. А сколько тех, кто берегли себя, погибли… Знаешь, моим именем до сих пор в некоторых местах пугают детей.
Он помолчал, потом спросил: Ты опять станешь наемником?
-Нет, - покачал головой Виет, - не знаю, кем я стану, но точно никогда не пойду в отряд.
-Тогда прощай. Наверное, больше не увидимся, - Дэрв поднялся и вышел из палатки. Бывший ученик долго глядел ему в след.

14:55 

депрессия

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
:mosk: :depress:
о господи... последний экзамен. не хочу его сдавать. Онг не для моего мозга.

17:29 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Черт! Как меня все бесит.
Хочу умереть... :hang: :hang: :hang:

17:55 

продолжение (написанно раньше, чем приквел)

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
ДЕЛО ЧЕСТИ


Est sularus - oth Mithas
(моя честь – моя жизнь)



ПРОЛОГ
Дом горел. Жаркое пламя поднималось в небеса, удушливый дым клубился, напоминая торнадо. Рядом со зданием лежало несколько человек. Женщина. Два ребенка. Все они были мертвы, утыканы стрелами. Древки их были сделаны из дерева biosh. Такие стрелы применяла лишь одна раса – эльфы, Лесной народ.
У самой калитки лежал молодой мужчина. Кровь текла из го ран на голове и руках, но он был жив. Рядом валялся топор. Не боевое оружие, инструмент лесоруба…
Боль привела его в чувство. Человек застонал и открыл глаза. Он огляделся и закричал от ярости и боли. Этот крик походил на вой, издаваемым загнанным в ловушку хищником.
Человек перевязал раны и прошел. С холма он в последний раз оглянулся на свой дом. Мертвый дом. Усмехнулся зло, развернулся и твердо зашагал вперед.

1.

В богато украшенной комнате сидело четверо. Вся реальная власть города Наэ была сосредоточена в их руках.
Как ни странно, но среди них было лишь двое потомственных аристократов. Это были представители основных родов; попав во власть, они быстро сдружились. Даже внешне аристократы были похожи: безвкусные, но дорогие одежды, напомаженные и завитые по последней моде волосы, спесь на лицах. С оружием они не расставались. Правда, оружие у них было истинно «аристократическое»: крайне неудобная рукоять из золота с инкрустацией бриллиантами; лезвие, неудобное для схватки, но внешне выглядевшее красиво.
Третий был бывшим наемником. Уйдя из отряда «солдат удачи», Виет решил попробовать себя в торговле. Это ему удалось и, через некоторое время, он перешел в политику. Здесь все тоже получилось, во многом благодаря познаниям в стратегии и тактике. Ныне этот немногословный, покрытый шрамами человек входил в четверку тех, кого в народе звали «Владыками города».
О последнем, Огне, было известно еще меньше. Он пришел в город десять лет назад и с тех пор работал с утра до позднего вечера, постепенно поднимаясь вверх. На лице этого человека тоже был шрам, тянущийся от виска к губе. Кроме того, глаза у Огна были глазами фанатика. У него была какая то Идея, ради которой тот был готов на все.
-Город медленно развивается, - начал свою речь Огн, - из-за этих остроухих. Они, гады, уже проникли в торговлю. Еще немного, и эти ушастые попадут и во власть. Будут управлять нами, людьми! Мы не должны этого допустить! Поэтому я предлагаю нанести упреждающий удар. Нужно их вышвырнуть! А сокровище этих ушастых отдадим людям. Тем, кто поддержит нас, разумеется.
В голосе его была абсолютная убежденность; глаза горели яростью и ненавистью к Лесному народу.
«Что за бред он говорит, - подумал Виет; этого фанатика он не любил, - кто поддержит эту идею».
Он огляделся и похолодел. Аристократы слушали его очень внимательно и соглашались.
«Один из них ухаживал за эльфийкой, - неожиданно вспомнил бывший наемник, - но она его отвергла. Так что он поддержит погром; а второй часто соглашается со своим другом. К тому же можно захапать себе часть сокровищ эльфов. Которых здесь, скорее всего, и нет. Да к тому же они завидуют Лесному народу. Те ведь живут намного дольше. Ладно, попробуем использовать в своих целях их трусость».
-Ага, - насмешливо сказал он, - а потом придет Лесная гвардия и нашпигует нас своими стрелами.
-Я все продумал. Нам надо лишь несколько отрядов «солдат удачи» и они разобьют остроухих. Ну, что, согласны? Это выгодное предложение.
Аристократы синхронно кивнули.
Бывший «солдат удачи» молча встал и вышел…


2.
…Гэсолэль вышла на крыльцо. Ворвавшаяся на подворье толпа на секунду остановилась, сраженная красотой эльфийки.
-Вь чьем дьело? – спросила она на языке Империи людей. Слова были смягчены акцентом, который так и не исчез за столько лет жизни среди людей.
На секунду показалось, что угроза миновала, но…
-Братва, мочи ушастую, - выкрикнул из толпы чей-то пьяный голос. Полетели камни. Один из них ударил Гэсолэль в плечо; второй – в живот, заставив согнуться. Толпа рванулась вперед.
Виет выбежал из-за угла, сжимая в руках колун. Он увидел, как сильнейший удар вилами отшвырнул Гэсолэль, его возлюбленную, к двери. Перед глазами бывшего наемника появился алый туман. Сознание его стало кристально ясным, как всегда в бою. Тело рванулось вперед; он замахнулся своим неудобным оружием…
Виет пробудился с криком. Каждую ночь его преследовал этот сон. Уже восемь лет.
…Неожиданно он понял, что следует делать. Плевать, зачем Огну нужен этот погром. Но он будет ему противостоять. Виет снял со стены свое оружие.
За окном слышались крики: «Бей остроухих!». Бывший наемник поморщился и вытащил меч. Не очень длинный, без всяких украшательств, так любимой современной аристократией, клинок был сработан из превосходной стали. Подобное оружие делается одним профессионалом для другого. Именно поэтому Виет и не променял бы свой клинок ни на что другое.
В прошлом отличный мечник, Виет уже несколько лет не держал оружие в руках. Но сейчас без этого никак. Он должен защитить граждан-эльфов от расправы. Во имя Любви и Чести. Пусть он спасет не всех, но хотя бы некоторых. Это уже немало.
Виет прикрепил оружие к поясу и вышел на улицу. По пути он подхватил стопку лежащих без дела плащей и засунул их в суму. Пригодятся...


3.

Погром только начинался. Но уже всюду были видны вооруженные люди, выискивающие «остроухих». Огн сработал оперативно.
-Держи ее, - раздалось в ближайшей подворотне. Выругавшись, Виэт выхватил меч и рванулся туда.
Успел он вовремя; трое парней из рабочего квартала теснили двух эльфиек: молодую девушку-подростка и совсем еще девочку.
Один из парней обернулся. Увидев Виэта, он предложил ему:
-Присоединяйся.
Бывший наемник усмехнулся. И прыгнул вперед, нанося удар плашмя. Схватка была короткой.
-Теряю квалификацию, - перевязывая руку, задетую ножом, отметил Виэт, - раньше бы и пятерых подобного уровня раскидал бы, не получив не одной царапины.
Он повернулся к эльфийкам.
-Пойдемте, я вас выведу из города. Держите, - Виэт кинул им плащи, так вы будете менее заметны в толпе. Иметь острые уши теперь опасно. Я приношу извинения за своих соотечественников.
Эльфийки надели плащи и накинули капюшоны; теперь их было сложнее узнать.
-Идемте.
Он вышел из подворотни. Спустя мгновение за ним вышли и эльфы. Конечно, они не доверяли человеку, но выбора не было. К тому же, этот странный человек все же помог, выступив против своих.

4.
К Северным воротам с Виетом подошло уже семь эльфов. Бывший наемник надеялся, что, увидев его, стража не станет осматривать остальных, но надеждам не суждено было сбыться.
-Откинуть капюшоны, - прозвучала команда, и Виет прыгнул. Ему даже не потребовалось вынимать клинок: настоящий воин должен уметь драться и без оружия.
-А теперь идите, - откинув тяжелый брус, он распахнул ворота.
Одна из эльфиек приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. В памяти вновь появилась Гэсолэль, и бывший «солдат удачи» тихонько застонал от душевной муки.
-… д’Эвилин, дочь нынешнего правителя, и я прошу, пойдем с нами, - услышал он окончание ее речи, когда вновь смог воспринимать действительность.
Неожиданно он услышал какой-то шум. Виет обернулся: в конце улицы появилась группа людей. Они с криком бежали в сторону ворот. На некоторых из них были плащи черно-красного цвета. «Кровь-и-Мрак».
Этот отряд «солдат удачи» презирали остальные отряды наемников. Самый жестокий и безжалостный отряд. Туда шли люди, готовые на все…
-Бегите, - привычная тяжесть меча вновь в руке. Какой то эльф-подросток поднял алебарду стражника и тоже приготовился к драке.
-Уходите и забирайте его. Я их задержу, - крикнул Виет, считая расстояние до противников.
Десять шагов… Семь… пять… три… Он рванулся вперед…

5.
Спустя неделю в той богато украшенной комнате сидело трое. Настроение у всех было мрачным. Эльфийская армия стремилась к городу, а наемники отвергли предложение защиты города, сославшись на Кодекс. Отряд «Кровь-и-Мрак», принимавший участие в уничтожении Виета, был уничтожен целиком. А «Владыки города» так на него надеялись...
-Во всем виноват этот Виет!!! Этот предатель, эта… эта… Он предал все: город, всю расу людей… Нас!.. Это из-за него мы не смогли найти сокровища! Из-за этой сволочи наемники не пришли. Кодекс «солдат удачи», будь он не ладен! Кровь Богов! Ну, кто мог знать, что этого гада они до сих пор уважают. Что этот безмозглый пойдет защищать остроухих! Что наемники уничтожат весь отряд «Кровь-и-Мрак»! Кто?! Кто?! Кто?!
Аристократы сидели молча, слушая эту тираду Огна. Лишь нехорошо усмехались. И руки их сжимали свое оружие...


ЭПИЛОГ

Кэрэл д’Эвилин, Владыка народа Эльфов, стоял в центре людского кладбища. Он смотрел на памятник человеку и пытался его понять.
Дух Виета стал считаться Хранителем города Наэ. Только благодаря подвигу бывшего наемника эльфы не стали уничтожать весь город: дочь правителя попросила об этом. Тот послушал ее и казнил лишь двоих зачинщиков беспорядков. Третий, Огн, был убит.
Памятник Виету был построен совместным трудом. Наемники и зажиточные горожане выделили деньги, которых хватило, чтобы великий скульптор Осис построил этот монумент…
В центре кладбища стоял каменный воин. Плащ наемника развивался за спиной, меч в руках. По постаменту шла надпись, стилизованная под письмена эльфов: моя честь – моя жизнь.
Кэрэл вчитался в надпись, посмотрел в каменные глаза воина, и эльфу показалось, что он понял поступок этого человека.
Подивившись мастерству скульптора, владыка Лесного народа развернулся и пошел к выходу.

На другом конце кладбища тоже был памятник; он был построен всего несколько дней назад. Трое человек стояли, словно отражая атаку врага. По бокам стояли статуи аристократов, сжимающие в руках оружие. Лица их приобрели благородство и мужество, которого им не хватало при жизни.
В центре стоял каменный Огн. Без оружия, которое он презирал. Эту статую тоже делал мастер.
Рука Огна была вытянута вперед, словно он указывал людям путь. Надпись на этом тройственном памятнике гласила: Нужно их вышвырнуть. На счастье города, об этом памятнике эльфы не знали; как и не догадывались о надпись.
Но к этому монументу тоже ходили люди. И всегда лежали у ног троих цветы...

18:04 

расказ про неку

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
ДЕВЧОНКА ИЗ МОЕГО КЛАССА

Всегда недруг призывает отойти в сторону, тогда как друг зовет открыто выступить за него с оружием в руках…
Н. Макиавелли
1.
Никогда не верил в пророческие сны. Но в ту ночь сон оказался вещим. Ну почти. Вроде хотели украсть кошек, чтобы их замучить. Но я их спас. На самом интересном месте раздался звонок. Будильник. Открывать глаза не хотелось.
-Андрюша вставай, - раздалось с кухни. Мама; значит, дольше поспать не удастся.
После завтрака бегу в школу. Благо она находится не далеко. Врываюсь в класс, сажусь на свое место. Оглядываюсь. Все как обычно: класс сидит по группкам.
Заходит училка и с ней какая-то незнакомая девчонка.
-Здравствуйте, дети. Сегодня у нас радостное событие, - почему то говорилось это заупокойным голосом,- В классе появилась новенькая. Ее зовут Катя. Надеюсь, что вы все с ней подружитесь.
Странно, но я заметил в глазах училки страх и растерянность. Никогда ее не видел в таком настроении.
Перевожу взгляд на новенькую. Она красивая. Волосы торчащие из под шапки, были ярко-рыжие, как огонь. В огромных зеленых глазах в которых я отметил ум, гордость и достоинство. А также почему-то готовность к защите. Похоже, что Катя была готора к тому, что у нее будут здесь проблемы.
-Садись, - сказала училка. Замечаю, что она старается держаться от девушки подальше. Что на нее было не похоже. Девушка молча прошла и села на первую парту. Шапку она так4 и не сняла.
-Шляпу сними, - раздалось с задних рядов. Одни из вожаков, узнал я по голосу. Сергей Бардюк. Или Бардак, как его чаще называют в школе. Справедливо, надо сказать.
-Тихо, - шикнула училка, - начнем урок. Тема…
И до звонка мы только и делали, что писали какие-то непонятные формулы. А потом началась перемена. И все побежали курить в туалет. В классе остались лишь мы с девушкой и колда Бардака. Это было немыслимо: обычно он первым бежал курить.
Парни подошли к Кате.
-Я же говорил, шляпу сними, - ухмыльнулся вожак. На меня, естественно, никто внимания не обратил. Знали, что я в нейтрале. Поэтому я спокойно сидел и смотрел.
-Отвали, - бросила она. В ее голосе совсем не было страха. Только раздражение на мешающее ей хамье.
-Че?- удивился Бардак. С ним никто так не разговаривал. Он подумал немного, а потом сорвал шапку с головы девушки.
Все застыли в шоке. И было с чего: на голове у Кати были ушки, похожие на кошачьи. Девушке они очень шли, на мой взгляд. Странно, но я не изменил своего отношения к ней. И даже не очень удивился. Наверное, это из-за моей любви к фантастике. В общем, мне было плевать, какие ушки на голове. Лишь бы человек был хороший.
А вот Бардак, похоже, придерживался прямо противоположного мнения. Я заметил, как он переглянулся со своей кодлой. И почему то почувствовал, что мои кулаки сжимаются.
-Верни, - закричала девушка и попыталась вернуть свое имущество.
-Размечталась, - и Бардак перекинул шапку своему прихлебателю. Они решили поиграть «в собачку». Но обломались. Девушка не стала бросаться на них; понимала – они только этого и ждут. Поэтому Катя спокойно села не свое место и стала ждать. После этого я проникся к новенькой еще большим уважением.
Бардак грязно выругался и пошел на своем место. Его кодла двинулась следом. Шапку же вожак забрал с собой. Шакалы, - подумалось мне тогда.
Вскоре начал собираться класс. Заходя, они реагировали одинаково: оглядывались, видели Катины ушки, роняли челюсти. Потом матерились и садились на свое место, стараясь держаться подальше. Весь урок я слышал какие-то смешки и шепот. Понять его причину не составило труда. Н-да, у девчонки явно будут проблемы, - подумал я. И понял, что мне эта мысль сильно не нравится.
-Что съела, кошка драная? – раздался голос с задней парты. Бардак, кто же еще. Сжимаю зубы; только бы не сорваться. Наблюдаю за новенькой боковым зрением. Вижу грусть в ее зеленых глазах, горькую усмешку на губах. Хочу подойти, утешить…Но остаюсь на месте.
2.

Вот, наконец, большая перемена. Вваливаемся в столовую, едим.
-Вали отсюда, тварь! – слышится из угла крик. Поворачиваю голову: над Катей нависла девятиклассница. И орет. А за соседним столиком сидит кодла Бардака и ухмыляется.
Они так и не смогли понять ее характер. Решили, что сдалась, сломалась. Что боится их. Но я видел ее истинную суть. И понимал, девчонке придется тут не сладко. Думаю, что и она об этом знала. Гордая, свободолюбивая, спокойная… Она походила на меня.
Новенькая поднимается, берет свою тарелку с жидким пюре. И надевает старшекласснице на голову. А после этого выходит из столовой. Я мысленно ей аплодирую. Да, она определенно похожа на меня.
Бардак несколько секунд смотрит на случившееся, пытаясь осознать, что произошло. А потом – вскочил и бросился следом. За своим вожаком рванулись остальные.
Наверное, мне следовало радоваться, что они выбрали новую жертву. До этого основанным объектом был я. Остальные в нашем классе, да и в остальных тоже, состояли в каких-то группах. В них был вожак, которому остальные подчинялись. Но не я. Никогда не любил толпы и подчинялся лишь тем, кто этого достоин. В группах таких я не находил. Поэтому и оставался одиночкой. А вожаков это раздражало. И меня стали доставать. Сперва пытались избить, но безрезультатно. Потом – гадили исподтишка, боясь в лицо. Обычно я не обращал внимания, но иногда все же срывался. Поэтому остальные старались не перегибать палку. А теперь, думаю, и вовсе отстанут. Поскольку нашли более удачную жертву. Иметь такой внешний вид вкупе с таким характером – это для них как красная тряпка… Я должен был быть доволен. Но жизнь не поддается логике. Я немного поглядел на издевательства над новенькой. А это только начало; разведка боем, так сказать.
Я, черт возьми, никому не дам эту девушку в обиду. Допиваю чай и выбегаю следом. В темном углу вижу Бардака и его кодлу. Тихонько подхожу ближе. Резко выдыхаю, готовя себя к драке.
Парни как раз успели сбить несчастную с ног и теперь тупо ржали. Вожак размахнулся, готовясь пнуть девушку… и упал на пол, сбитый моим толчком с ног. Встаю между парнями и Катей. Они застыли. Не знаю, что их остановило: мои действия или опыт драк со мной. Их было больше, но они боялись. А я в эту минуту чувствовал лишь холодную ярость и готовность биться до конца. Бардак поднялся и теперь смотрел на меня. ЛДезть в драку он тоже не спешил, смотря на меня со смесью страха и ненависти.
-Ты,…, че делаешь? Я тебя… - начал он, но я рявкнул в ответ:
-Базар фильтруй; вали отсюда. Ее никто не тронет.
Он посмотрел мне в глаза и. пообещав: Только выйди отсюда, сразу рыло начищу, ушел. Остальные двинулись следом. Мы остались одни. Я проводил кодлу долгим взглядом, усмехнулся. И обернулся к девушке. Катя приподнялась на локте, но вставать не спешила. Я отметил, что девушка выглядит даже более удивленной, чем Бардак. Протягиваю ей руку и помогаю подняться.
-Зачем ты мне помог? – с огромным удивлением спрашивает Катя. Грустно улыбаюсь:
-Раньше объектом насмешек был я. И успел почувствовать все это на себе. Я знаю, что значит – выть от одиночества. Что чувствуешь, когда знаешь, что никто не протянет тебе руки. Да и характер твой… Мало кто его может оценить. Я могу.
Разворачиваюсь и иду в класс, не дожидаясь следующего вопроса. Уверен, что знаю, каким он будет. Но пока я не готов ответить на него. Точнее, ответить то могу, но Катя мне не поверит.

@музыка: Кошка Сашка 40 секунд

18:06 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Оставшиеся два занятия Бардак пытался действовать мне на нервы. А заодно и оповестил всех, что вечером во дворе будет «махач». И заодно придумал новые клички Кате. Такие как Ушастая, Кошачье Отродье, Кошка Драная… Зря он это. Благодаря им я еще больше жаждал боя.
Ну вот занятия закончились. Класс быстренько выбежал на улицу. Каждый хотел занять место получше.
-Наверняка ставки делать будут, - усмехнулся я. В классе остались мы вдвоем. Катя хотела что-то сказать, но я ей этого не дал. Подал свой портфель ей и вышел на крыльцо. И правда, весь наш класс стоял в предвкушении драки. Но хватало и учеников других классов. Вспомнился урок Истории.
-Римская публика ожидает битвы гладиаторов, - подумалось мне. А потом все мысли исчезли. Я выступил против противников: Бардака и четырех его прихлебателей. Они были уверенны, что победят меня. Наивные. Я чувствовал, что меня не одолеть. Что готов отдать за Катю жизнь. Много позже узнал, что такое состояние зовется «мэцкей сутеми» - тотальная решимость идти до конца.
В тот раз я победил. Хотя по сути вышла ничья. Просто парни поняли, что облом вышел и ушли. Так армия отступает, перегруппировывается и с новыми силами идет в схватку. Спустя пару дней события вышли на новый виток. Меня ждали старшеклассники. Может, Бардак им сказал, что я защищаю девушку. Или они видели драку.
Драться я очень не люблю. Хотя и научился. На первых порах мне часто приходилось отстаивать свою независимость кулаками. Но я предпочитаю слова. И. если бы дело касалось только меня, то попытался бы «съехать на базаре». Но в данном случае такого выхода не было: оставалось только биться. Как в рыцарские, блин, времена. За честь Прекрасной Дамы. С «кошачьими» ушками.
Они при этой встрече были очень уверенны в себе. Был лишь один парень. Вскоре мы разошлись. Я, потирая скулу, в одну сторону. Старшеклассник, согнувшись и шипя ругательства. В другую. После этого меня зауважали. Это я понял, выйдя на следующий день. Там уже стояло трое. И. что было много хуже, они явно занимались в местной секции каратэ. Про нее я, конечно, слышал, но не занимался. Не люблю это рукомашество. Что парни учились «искусству пустой руки» было видно. По особому взгляду, выискивающему противника. По сбитым костяшкам кулака, которым была нанесена не одна тысяча ударов по «макиваре». Ну и по стойке, разумеется. Не только эффективной, но и красивой. Как и требуется по канону каратэ. Впрочем, они явно не очень долго занимались. Да, они умеют бить; но пока еще не умеют «не бить».
С ними мне не справиться в драке. Один на один – может быть. И то не факт. Их ведь учили мастера. А я так, нахватался по жизни. А против троих… вообще нет шансов. Впрочем, я придумал один фокус. Очень его делать не хочется…но альтернатива меня еще меньше устраивает.
Я вытащил из кармана кусочек ваты и зажигалку. И вышел на крыльцо. Противники для чего то синхронно поклонились мне и начали приближаться. Неторопливо так, пытаясь лишить меня уверенности.
-Махаться хотите? – усмехнулся я. Они, продолжая движение, кивнули.
-А без драки доказать силу воли не слабо? – подготовил я почву к своему фокусу. Эта фраза их сильно удивила. Они даже приостановились. На секунду где-то. И спросили, что я имею в виду. Чтож покажем…
Я разжал правую руку, показывая им вату. Усмехнулся… и поджёг комочек. После чего спокойно убрал зажигалку, посмотрел каратистам в глаза и сжал пальцы, туша огонь.
-Вот так. Слабо повторить? – спокойно проговорил я, показывая им руку. Каратисты посмотрели на меня, на мою ладонь, еще раз поклонились… и ушли, не став связываться.
4.

Как ни странно, но мне не было тогда больно. Так, немного жгло. Боль же пришла позднее. Но и ее можно было терпеть. Нужно было терпеть, поскольку я не имел права показывать свою слабость. Не ради себя, ради Кати. Впрочем, немного я все же смухлевал. Я левша, а сжигал тот комочек в правой руке. Впрочем, это было не особо важно… Ведь в остальном все было реально. И некто не решился повторить мой фокус.
Дома я сказал родителям, что сжигали мусор в школе и я немного ошибся. Они посмотрели подозрительно на мою ладонь, где уже начали образовываться пузыри, но ничего не сказали. Похоже, мой лимит доверия подходит к концу. Надо будет что-нибудь придумать, чтобы они не пошли выяснять, - подумал я. Но в голову ничего не приходило по этому поводу.
Ведь не говорить же им правду. Думаю, они не поймут. Ни меня, ни девушку, ни наши чувства. А даже если и смогут… Это мой бой. И я его проведу до конца.
После того фокуса с огнем физически на нас воздействовать не пытались. Но сражение не закончилось.
Если не удалось взять замок наскоком, то в таком случае следует осада. Это основа стратегии. Шпана нашей школы об этом не знала, но действовала по похожей схеме. Я вновь стал объектом насмешек, получил кличку Кошачий Прихлебатель. Думаю, они долго ломали голову, чтобы додуматься до такого. В основном же у них клички получались исключительно матерными. А также, как и до появления Кати, стали делать подляны.
«Дежа вю» - нехорошо усмехался я и обводил взглядом одноклассников. Встречаться глазами со мной они боялись. Впрочем, я догадывался, кто это сделал, хоть доказательств и не было. Впрочем, обычно я бывал спокоен, чем они и пользовались. Правда, доставая девушку, нарывались. И сильно.
В общем, все стало, как раньше: вновь против всех. Но Сенйчас мне легче, поскольку я не один.
5.

Остальные уже разошлись. Но Катя и я все сидели на скамейке. Я любовался ее лицом и чувствовал себя счастливым. Девушка сидела, опустив глаза. Глядя в лужу, которая находилась рядом, она тихонько спросила:
-И тебе не надоело?
За эти дни мы на эту тему не говорили. Разговор этот обещал быть сложным, поэтому я должен был немного отдохнуть. А вот теперь – готов к беседе. Пожимаю плечами:
-Нет. Я был на твоем месте. Когда ты один и тебя все травят. И ведь не потому, что заслужил, а из-за того, что немного отличаешься от остальных, другой. Я знаю, как в этом случае плохо… Внешность же… Это не главное. Для меня, по крайней мере.
-Даже это? – она постучала себя по шапку, намекая на ушки.
-А чего такого то? Они тебе очень идут. Такие кавайные.
-Какие они? – не поняла девушка. Ее глаза, и без того большие, стали от удивления еще огромнее, напомнив мне героинь аниме. Я задумался:
-Нууу… это жаргонное такое слово. Красивые, значит. Ты разве не слышала?
Она помотала головой:
-Нет. Ты первый. Кто нормально общается со мной.
И в этот момент я окончательно понял, что буду защищать ее любой ценой. А также, что с Катей могу говорить нормально, без понтов.
В начале беседы я часто оглядывался, стараясь контролировать ситуацию. Задумавшись, я отвлекся… за что и поплатился. Из темноты подворотни вынырнула тень… и в Катя полетел ком грязи.
С каким то нечленораздельным выкриком я, вернувшись к реальности, прыгнул. В принципе, этот комок поймать мне удалось. Но если уж не везет, то по крупному. Я упал… Прямо в лужу. В результате чего мы оба оказались вымазаны как чушки. Из подворотни раздался громкий хохот и топот убегающих ног. Гады! Никогда бы не подумал, что знаю столько Матюков. И про лужу, и про них, и про их родственников, и про их сексуальные фантазии (чрезвычайно извращенные). Крайне злой, я поднялся из лужи. Резко выдохнул, пытаясь успокоиться. Задумался, что же сейчас делать. Бежать за ними поздно – не догонишь. Предаваться унынию – глупо. Поэ…
Мысль прервалась: позади я услышал всхлипы. Оборачиваюсь: Катя сидела на скамейке и плакала . Никогда раньше я ее в таком состоянии не видел. Хотя вытерпеть девушке пришлось многое. Я подошел к ней; Катя, продолжая плакать, уткнулась мне в грудь. Идея была явно не умной: моя куртка была мокрой и грязной.
-П… почем…му я вс… се врем… мя при..нош..шу…одни ли..шь нес…час…тья?- всхлипывая, спросила она. И я поразился: ей было плохо не оттого, что с ней сделали, а потому, что страдаю я. Смог бы я быть таким? Не знаю.
Я гладил ее по чудесным рыжим волосам (долой дурацкую шапку), ушкам и тихо, успокаивающе говорил:
-Это не ты. Виноваты они.
-Зачем они так поступают? – немного успокоившись, спросила он. А вот это – мой конек. В свое время я долго над этим думал. Когда сам был на месте Кати. Вытирая ей лицо своим носовым платком, я отвечал:
-А она хотят сломить твой дух, сделать ущербной, подобной им. Усреднить, так сказать.
Настроение мое улучшилось. Одежда была мокрой, липла к телу, но это было не главное… Мы сидели на скамейке и разговаривали.
Когда я вернулся домой, то сказал, что запачкался, играя в футбол. Меня, конечно, поругали, но истины не узнали. Пока.

18:10 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Всю ночь я думал над сложившийся ситуацией, а утром пошел в книжный. Я довольно часто бывал там, покупая книги различных фантастов. И вот, допокупался. Сам, похоже, превратился в героя фантастического боевика.
-Опять фантастику? Есть новый томик Шекли, - сказала мне знакомая продавщица. Ух ты, купить. Нет, потом. Сперва дело.
-А у вас есть что-нибудь по рукопашному бою? – глядя в пол, спрашиваю я. Если поглядеть со стороны, такое чувство, что я маркиза де Сада спрашиваю. Или Камасутру. Но мне стыдно. Уж не знаю, почему.
-Ребята достают? – сочувственно сказала продавщица, - Вон там, на третьей полке посмотри. Я в этом, к сожалению, помочь не могу.
Выбор такой литературы оказался не велик. Больше было про «внутреннюю работу», энергию Ци и прочее в таком роде. Даже я понимал, что требуется долго и упорно трудится, чтобы постигнуть всю эту премудрость. Мне же требовалось другое. Что-то простое и крайне эффективное.
И тут я увидел… В самом углу стояла довольно толстая книга. Она отличалась от остальных. Вместо людей в кимоно, бьющих противника, тут был другой рисунок. Череп человека. Да и цветовая гамма была мрачной: черное и красное. Прямо пособие по черной магии, усмехнулся я. Но книгу вытащил и стал рассматривать. Название гласило: «Черная медицина». Фамилия автора была неизвестна. Впрочем, неудивительно. Я из мастеров боевых искусств знаю лишь Брюса Ли и Сигала. В силу частого мелькания по телевизору.
Начинаю просматривать. Ух-ты, то что необходимо. Никаких точек, по которым струится энергия. Может, они и помогут против голого врага. Но если одета рубашка, свитер, шуба – то техника «отсроченной смерти» не поможет. В увиденной мною книге было все просто. Зоны на теле человека, объяснения с анатомической точки зрения о воздействии на них, простые удары, подручное оружие.
Хоть на нее ушли все мои деньги, я приобрел эту книгу. И, скрывая от родителей, изучал ее. Пришлось организовать тайник и прятать туда книгу. Если бы родители ее нашли, то сразу же возникли бы вопросы: Зачем? Андрюша, тебя что, обижают?
Надо будет научить самозащите Катю, - подумал я, когда изучил азы техники. И решил поговорить с ней на эту тему.
-Зачем ты ее защищаешь? - спросил меня как то Палыч, наш физрук. Говорили, что он когда то был мастером у-шу. Но тут почему то не стал открывать свою школу, довольствуясь ролью учителю физкультуры.
Надо сказать, что почти все учителя не любили и боялись Катю. А заодно и меня, ее защитника. Одним из немногих, кто к нам неплохо относился был физрук. Другим – наш биолог. Впрочем, тому по профессии положено. Хотел сделать необычную девушку объектом диссертации, наверное. Или что похуже.
Смотрю ему в глаза: Она. Не. Заслуживает. Такого. Обращения.
Твердо, резко, отрывисто, выделяя каждое слово, отчеканил я.
Он кивнул: Ясно. А справишься?
-Ага, - ответил ему, хотя сам уверенности не чувствовал.
Он повернулся и на прощание бросил: Ну что ж, удачи, тебе воин.
И ушел. Растаяв среди теней. А я, задумчивый, остался стоять в одиночестве.
Правда, спустя пару секунд, ко мне подбежала Катя.
-Я видела, ты с Палычем болтал. Чего ему нужно?
-Не знаю. Они, рукопашники, такие странные…
Мы неторопливо вышли из школы.
7.

Вдвоем мы словно выпали из общего круга. И этим сковало, как цепью. Мы поддерживали друг друга. И это было великолепно. Ведь, если жизнь ад, то хорошие моменты в ценятся сильнее. Хотя бы в силу того, что реже случаются. И поэтому память сохранила не насмешки, косые взгляды, опросы, оскорбления, ненависть… Нет, запомнились прогулки, разговоры, встречи. Мы были вместе. Мы были одиноки. Мы были подобны друг другу. Дружба, крепче которой нет ничего.
Как оказалось, есть. Спустя несколько дней родители спросили меня: Как у тебя в школе дела?
И улыбаются так многозначительно, с ленинским прищуром.
-Нормально, - отвечаю. При этом гляжу на свою ладонь. Ожог уже прошел, но кожа все равно отличалась, была грубой и красной. Наверное, такой она останется навсегда. Что ж, это тоже память.
-Говорят, тебя девушка появилась, - в ласковой улыбкой. Так, ясно. Кто-то настучал. Найти бы… и тоже настучать, чтобы забыл, как это делается.
-Есть.
-И она немного странная. Не человек, проще говоря.
Чувствую, что проигрываю. Но продолжаю вести этот безнадежный словесный бой: А кто?
Они пожимают плечами.
-Сын, мы переезжаем в другой город. Через неделю. Все уже решено. А эти деньки ты посидишь дома.
А это уже не проигрыш. Это – разгром. Или, иначе говоря, фиаско, крах. Впервые в жизни чувствую желание сбежать из дома. Вместе с Катей. И жить одним, ни от кого не зависеть…
Но я слаб. Не телом, а духом. И поэтому остаюсь. Нахожу сотню причин не сбегать. Но главная все равно – моя трусость.
В последний день я с трудом уговорил родителей отпустить меня попрощаться (у тебя нет друзей среди учеников - я с учителями). Один лишь вечер. Попрощаться же я хотел не с учителями, а с Катей. И даже нес ей подарок.
Мы стояли на мосту и глядели на медленно текущую реку. Я сильно жалел, что ужасно рисую. Так бы хоть на память был бы портрет. Фотика тоже нету, даже обычной «мыльницы».
Было грустно и страшно. Не за себя, ибо тот страх исчез уже давно. Я изведал ад на земле, но он – ничто перед тем, что творилось в душе. Боялся я за девушку. Да, она сильная. Но останется одна. И со шрамом в душе.
Идей не было. Наверное, впервые я не знал, как помочь. И тут в памяти всплыл разговор с Палычем. И появилась странная мысль, что он поможет.
-Извини, мне пора. Приходи завтра к поезду. Я буду ждать. – пустые слова. Никогда не умел прощаться. – Да еще, это тебе
Протягиваю ей сверток. Она медленно разворачивает его. Внутри – книга. «Черная медицина». Мой прощальный подарок.
-Спасибо, - тихо сказала она и поцеловала меня в щеку. Странные ощущения, их даже не передать. Все еще задумчивый я побежал в сторону школы.
8.

Лишь подойдя к спортзалу, я вдруг подумал, что он уже мог уйти домой. Что ж ему делать в школе так поздно. Но следует идти до конца. Благо я адрес его дома не знал.
Еще подходя к двери, я услышал странные звуки: какие то хлопки, резкие выдохи. Заглядываю. Палыч совершает какие то непонятные движения. Стойки, шаги, удары. Тренируется, словом, человек.
Стучу по косяку, чтобы привлечь его внимание. Тот оборачивается. Ни следа удивления на лице. Стоит, ждет.
-Помоги ей, - тихо говорю я, глядя в пол, - ты был прав…
-А зачем мне это, - подумав, ответил он.
А действительно, нафиг ему? Катя то не родственница ему, даже не друг… Видимо, я последний здравый смысл растерял. Общаясь с этой девушкой. Честь? Да кто ей следует, кроме некоторых, хммм, энтузиастов. Ненужные, замшелые принципы. Устаревшие уже четыре сотни лет. Я развернулся, готовясь уйти.
-Вообще то я не сказал, что против. Просто спросил, зачем мне это надо? – остановил меня голос физрука.
Блин, как же эти восточники любят неразрешимые загадки задавать. Ответь им, как звучит хлопок одной ладонью, чтоб его.
Никаких мыслей в голову не приходит, поэтому говорю избитое: она заслуживает лучшего.
-Многие заслуживают этого, не только она, - спокойно парирует он. Черт, так и знал, что он что-нибудь подобное скажет. И ведь не поспоришь. Поскольку прав он.
А ведь он фанат Востока, вроде. Чтож, попробуем сыграть на этом.
-Мы есть то, что мы есть. Она – настоящий воин. Просто ее путь – это путь мира. Она не борется и именно этим побеждает (Боже, что за бред я несу…). Поэтому ей требуется 2 половина. ЕЕ противоположность. Боец, способный защитить. Но и твердости требуется мягкость. Для истинной силы требуются обе стороны. Убедил? – я был уверен. Что он сейчас меня пошлет. И правильно. Что я нес!!!
Но физрук усмехнулся и ответил: Ну ты и гнуть… Убедил. Ладно, я помогу ей. Только вот, по какому самоучителю ты драться учился?
Услышав название, он аж подобрался: И где сейчас эта книга?
-Кате подарил.
Он так и застыл в изумлении; потом смог выговорить: Ты ч..что…
Ты бы ей еще «Гет тач»* бы отдал; чтобы он перебила тут всех нафиг.
Что за «Гет тач»**, удивился я мысленно, сказав вслух: Будет больше вероятность, что вы поможете ей.
И, оставив за собой последнее слово, вышел из спортзала.
На следующий день, стоя на перроне, я искал Катю. Ждал ее. И не находил. Боже, неужели я больше не увижу ее!!! Это несправедливо.
Подошел поезд, мы сложили вещи в купе. Родители вышли покурить. Оставив меня внутри. Даже теперь они боялись, что Катя придет. Я же надеялся на это. Но, похоже, все. Мы больше не увидимся. Резко, изо всей силы, бью кулаком в стену. Боль помогает притушить ярость. Но не до конца.
Вдруг раздается стук в окно. Смотрю. Ура!!! Она пришла!!! Больше всего это напоминало не нормальное прощание, а «свиданку» на зоне. Даже хуже, ведь мы даже не могли говорить. Да и не встретимся, наверное, больше. Девушка подышала на стекло и начертила: Прощай. А рядом сердце – знак любви. Я повторил ее действия. Но слово было: Прости. И рядом – тот же символ. И все. Остальное время мы смотрели друг на друга. Я столько хотел ей сказать. Но уже не мог. Она была моим лучшим другом. Единственным, пожалуй.
Раздался шум открываемой купейной двери. Катя резко мотнула головой и рванулась в сторону, сразу же затерявшись в вокзальной толпе. А я все смотрел на то место, где она стояла.
-Ну что? – вопрос остался где-то на периферии сознания. Я все также смотрел в одну точку. Поезд тронулся и, набирая скорость, поехал, увозя меня от Кати, девчонке с кошачьими ушками.
Вечером я впервые молился. Мои родители атеисты и не одной молитвы я не знал. Поэтому придумал ее сам. Главное же все таки вера. Молился я истово; не за себя, за нее. И, надеюсь, она была услышана Богом…

*«Гет тач» - руководство по рукопашному и ножевому бою Ангилии времен 2 Мировой Войны. Очень эффективная книга. Говорят. Выходила на русском. В Интернете выложена на языке оригинала.
** Герой плохо читал «Черную медицину», где упоминается эта книга.

09:01 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
из реннего:
написан на конкурс (по довольно таки сложной теме)

РАЗМЫШЛЕНИЯ
Я опять закрываю глаза.
И вижу…
Катится по щеке слеза…
Ненавижу.

Может быть это сон;
Или нет.
Ночью приходит он.
Бред.

В кошмаре вижу я вновь
Этот самолет.
Горящие обломки и кровь…
Ее полет.

Самолет на землю упал
С небес.
И Господь не удержал
Их вес.

Навеки исчезли звуки счастья
Для меня.
Наступило вечное ненастье:
Живу не любя.

И держу в руках теперь
Пистолет.
Дуло к виску – одна лишь дверь.
Иной нет.

Без нее я дальше жить
Не смогу.
Остается лишь выть
На том лугу.

Палец нажимает спокойно
Курок.
Что же, умри достойно
Игрок.

09:04 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
написано на культуралогии.
Сперва казалось, что как то связана с Эльфийской песнью...

ИЗГНАННИЦА
Вновь всеми гонимая
Уйду в ночь.
Никем не любимая
Дочь.

И капает слеза снова
Со щеки.
Холод.. И нету крова.
Стынут руки.

Только тени, фантомы
Вокруг.
И лишился дома
Друг.

А я - призрак былого...
Или что ждет.
В душу много злого
Придет.

Но я не могу отступить
Еще раз.
Хоть мне и не победить
Сейчас.

09:06 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
НИКОМУ ТЕБЯ НЕ ОТДАМ...
«Уходи,
Этот бой – не твой».
Кричали ему в лицо.
Он девчонку прижал к груда,
Заслонил ее рукой.
Он не был подлецом.

Убегал
Через дождь, снег и мрак
Вместе с ней.
Все сильнее накал.
И кричали: «Дурак».
В спину злей.

«Убегай»
Он ее отпустил
И остался прикрывать.
Путь – лишь в Рай:
Победить – нет сил.
Честь не позволит сбежать…

09:09 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Фанфик по аниме "Черная лагуна" (обычно я все же миры придумываю сам):
НАПАРНИКИ
Фанфик по «Черной лагуне»
Я сжимал в руках ТТ, сделанный в КНР. На такое дело нужно брать что-нибудь одноразовое. Использовал и выкинул. Хоть Роанапра и считается городом беззакония, но в нем есть свои правила. И нарушать их не следует.
Одним из таких правил является ценность главарей мафии. Таких, как Ган. Если они, конечно, не нарываются.
Обычно убийц таких людей набирают из гастролеров. Я и напарник - одно из немногих исключений. За кругленькую сумму мы беремся за самые отчаянные дела. Такие как, например, это.
И вот теперь я незаметно проникаю в бордель с черного хода. Сноу, мой напарник, со снайперским AWP остался снаружи. Хорошо ему: на дело с любимым оружием. Я же свою «Астру» вынужден оставить в отеле. Да, я дал своему пистолету имя. Идеальное оружие, ставшее неотъемлемой частью меня. «Глок 17», легкое и смертоносное.
Да, забыл представиться. Извините. Я – Астарот. В Роанапре мое имя хорошо известно. Как и моего напарника, Сноу.
За стеной раздался крик, резко оборвавшийся. Это не мое дело, но… Голос кричавший. Молодой. Звонкий... Девушка.
Хотя ничего другого и быть не могло. Это ж бордель. И вообще – не мое дело.
Стреляю в замок. Врываюсь в комнату. На меня сразу же уставились 3 ствола. Могло быть хуже. Резко бросаюсь в сторону, нажимая на курок. И еще 2 выстрела совершаю в падении. Теперь в комнате поспокойнее. Только я, девчонка и какой то толстый тип. Хозяин этого заведения или управляющий.
-Ты это… - выстрел оборвал его. Я подошел к девушке: Тихо. Жить хочешь?
Она кивнула.
-Тогда сиди тут и не высовывайся.
Я вышел из комнаты и начал подниматься по лестнице, сменив по пути обойму.
Вот и необходимая дверь. И 2 сторожа с «Узи». Я их увидел на секунду раньше. Она и решила все дело.
Аккуратно подхожу к двери. Пинаю ее и резко бросаюсь в сторону. Мат, звон стекла, стон. Резко распахиваю ее, готовый к стрельбе. Лишнее.
Картина мне ясна. С ругательством Ган, наша цель, схватил с тумбочки оружие и поднялся. Как только он попал в перекрестье прицела, Сноу плавно потянул курок. Все, задание выполнено. Теперь заберем девчонку и сматываемся.
Хотя нафиг она мне? Еще и со Сноу объясняться по этому делу придется. «Типа, ты должен быть реалистом. А то всякие крали садятся на голову. Ты уже давно не…»
Он о себе говорил мало. Но по таким фразам видно и отличное образование и начитанность. Причем далеко не Чейзом. Мои фразы на латыни он не просит, в отличие от других, перевести.

-Ты Юмико Айсира? Твой отец – глава Айсиро Инк? – подавился темным пивом Сноу.
Девушка кивнула и непроизвольно прижалась ко мне.
Я ее понимал: в общем зале лица были самые бандитские. Впрочем, эти люди и по жизни такие. Раньше и я бы их боялся. А теперь – наоборот. Они опасаются меня. Ведь я не только умею пушкой махать. Котелок тоже варит.
Слова девушки были неожиданны и для меня. Я вообще решил ей по доброте душевной помочь. Сам знаю, что звучит смешно. Напоминает какой то низкопробный боевик. Но ведь я когда то был другим…
А теперь. На этом тоже можно заработать. Сото Айсира очень богат. Только вот… Какого фига его доча оказалась в таком месте. Очень уж это подозрительно.
-Сперва за меня хотели получить выкуп. Но мой папочка оказался крайне принципиален и их послал. Бизнес для него дороже родной дочери.
И девчонка разрыдалась.
Похоже на правду; Айсира-сама сильно любит деньги. И если много попросили… Мог решить: детей новых нарожаю.
Немного успокоившись, девушка продолжила: Бандиты подумали. И продали меня туда. У них тут какие-то знакомые были.
В ее глазах появилась ярость: Слушай, убей их. Мой отец заплатит.
Ага, как же. Не факт, что он за дочурку заплатит; а уж за заказ… Пустит дезу, что расправился и всего делов. Дешево и сердито. А преступники будут молчать. Им это тоже не надо.
Сноу спокойно попивал свое пивко и жрал гренки. Все переговоры он оставил мне, как более умному, наверное.
Одним нам это дело не провернуть. Я ведь даже не знаю, сколько просить; и связей необходимых нету. Ведь девчонку будут искать. Точнее, пытаться через нее выйти на нас.
-Ну уж нет. Это ниже моего достоинства – убивать шваль всякую. А вот помочь тебе попробую. Не даром, разумеется.
Юмико кивнула: Проси побольше.
Хорошо тратить чужие денежки. Она на папу зуб имеет. Справедливо, причем.
-Поехали, - я поднялся.
Куда? – в один голос спросили Сноу и Юмико.
- К Иоланте. А ты что думал?
-Ээээ… Ты уверен? Я бы с ней не хотел ничего общего иметь.
-Я тоже. Но придется. Она знает, как выйти на нужных людей. Так что Veni, vidi, vici (Пришел, увидел, победил – лат.).
-Кстати, с ней тебе придется говорить.
Давно я таких ругательств не слышал. Все же он полиглот. Матерится на 6 языках. Хорошо, что девушка ничего не поняла. Ей таких слов знать не надо.

- Матэ (Стойте – яп.), зачем нам нужна церковь? – остановилась Юмико.
-Это особая церковь,- пояснил я, постучав.
-Вот уж точно,- буркнул Сноу. С этим местом у него были связаны самые неприятные ассоциации. И что, у меня тоже.
Тяжелые створки медленно раскрылись. И в лицо нам уставился ствол «калаша». Причем держал его незнакомый парень.
Или взяли новичка. Или допрыгались. И это «Отель Москва», - отвлечено подумал я.
-Эй. Иоланта тут? - грубо спросил мой напарник.
-Сестра Иоланта, кретин, - раздался откуда то из глубины голос Эды,- Так вот, ее сейчас нет, так что можете убирать свои зад…
Пора вмешаться, пока она не довела напарника до белого каления.
-Баксы,- произнес я магическое для сестры Церкви Насилия слово.
-Эй, парниша, отвали. Ко мне пришли.
Незнакомый парень убрался.
-Послушник, - ответила на незаданный вопрос Эда: блондинка с голубыми глазами, спрятанными за розовыми очками. От нее пахло виски. Челюсти медленно двигались, пережевывая жвачку. Короче. Выгляделап она, как всегда.
-Ясно. Переговори пока с моим напарником, а я посижу тут.
Напарник и монахиня отошли и стали яростно спорить. До нас доносились обрывки фраз и ругательства.
- Астарот-сан, извините. Это - церковь? Она такая странная… Парень с автоматом. Та монахиня… - глаза девушки были большими и удивленными.
- Роанапра – это особое место. Если въезжать в город по мосту, то можно увидеть предупреждение: виселицы. Подобно Данте, можно сказать: «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Многие останавливались в нем, мечтая о быстрых деньгах. Но мало кто уезжал навсегда. А уж богатым – еще меньше.
Я помолчал, прислушиваясь к ругани, потом продолжил:
-Если въезжать со стороны моря, виден другой символ: полуразрушенная статуя Будды. Бог умер, говорил Ницше. Здесь это особенно актуально. В Роанапре роль бога играют деньги.
-А ты? У тебя отличное образование, это видно. Мог бы уехать отсюда и начать новую жизнь…
-Жизнь – это иллюзия, - я усмехнулся, - Ладно, шучу. Да, я когда-то был простым человеком. Если о преподавателе философии можно сказать простой. Но – все это в прошлом. Теперь меня устраивает мое существование. Как иллюстрация теории Макиовелли.
-А почему ты выбрал именно такое место? Неужели больше ничего подобного нету? Мне эта монахиня не нравится…
-Мне тоже. Но увы… По мощам и елей, как говорится. Это именно та церковь, которую заслужила Роанапра. А другие есть… Но с Эдой легче работать. Церковь Насилия – одно из 3 сообществ Роанапры, которое я уважаю. Другие – это Мистер Чан из Триады. И «Балалайка», глава «Отеля Москва» - полуармейского-полукриминального братства воинов бывшего СССР. Так что теперь ты понимаешь, думаю…

-А ну убирайтесь. Вон, - к нам подбежала Эда. Похоже, они не договорились. Чтож, не удивлен.
-Успокойся, – я вскочил на ноги. Рука метнулась к поясу, где находилась моя «Астра».
Мы выхватили оружие практически одновременно. И вот пистолеты уже смотрят друг на друга. Два, она тоже любит «Глок». Чудесно, блин.
Откуда то выскочил послушник со своим «Калашниковым». Он направил оружие на меня, а мой напарник – на него. На этот раз Сноу взял «Steyr TMP» - отличный пистолет-пулемет, очень удобный для скрытого ношения. Пару секунд мы так постояли, потом опустили стволы. Убийство друг друга нас не устраивало. Тем более в храме.
-Успокоились? Хорошо. А теперь поговорим.

Мы стояли около нашего БМВ, когда подошла Юмико.
-Домо оригато, - поблагодарила она нас.
Да уж, есть за что. Хотя мы на этом тоже не хило получим.
-Не за что. Береги себя.
Она помолчала, потом спросила
-А эта «Лагуна» что вообще такое?
-Фирма; обычно она занимается доставкой грузов. В том числе и незаконных. Тебе понравится персонал. Там есть японский служащий; он даже в жару носит рубашку и брюки, слолвно все еще на своего босса-японца пашет. А также, хакер-интелектуал.
О бывшем солдате, главе «Лагуны» и Леви, любительнице стрельбы, я умолчал. Не зачем пугать девушку раньше времени. Заодно не стал говорить о средстве перевозке – торпедном катере. Зато будут новые впечатления. Да и не станет «Македонская» борзеть. Она тоже любит деньги.
-Прощай, - я залез в машину.
Мы медленно начали отъезжать от Дома Божьего. Вслед нам неслось:
-Сайонара (Прощайте – яп.).

Роанапра – город отверженных. Место, ставшее мне теперь вторым домом. Глядя в окно, я почему то вспомнил Апокалипсис:
«И один сильный Ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его. И голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами уже не будет в тебе слышно; не будет в тебе никакого художника, никакого художества...»

09:11 

последнее из написанного.

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Спасибо Лю Чанг; без ее идеи рассказ бы не получился.
ЕГО ТВОРЕНИЕ


Есть нечто большее, чем преступление. Это ошибка.
Талейрлан


1

Мастер Винтер любил шляться по свалке. Там можно было много чего найти. Было бы желание.
Когда мастера спрашивали, почему он живет тут, он обычно улыбался и отвечал: Я ценю в этой жизни лишь одно; честь. Останься я городе, приобрел бы многое. Плата же – моя душа. Кто-то на это, может, и согласен. Но не я.
И уходил на свалку, искать что-то ценное.
Однажды среди гор мусора Винтер нашел сломанного киборга. Он принес его в свою хижину. Все свободное время мастер пытался починить свою находку. Протянулись провода, словно синапсы и нервные волокна. Дренажная система вместо почек.
И в один прекрасный день киборг открыл глаза. Винтер назвал свое детище Астрой. Звездой, в переводе с одного мертвого языка.
Вскоре Астра стала похожа на человека. Мастер нашел старый парик – с ним сходство стало еще больше. «Я –Бог, - думал Винтер, глядя на свое творение. – я стал равен Ему. Нет, я сильнее Его». И шел в бар пить пиво.
Он не заметил, что Астра стала меняться. В ней пробудились чувства к мастеру, создавшему ее. Киборг часами глядела на него, когда была уверенна, что Винтер ее не видит.

2

Но однажды Астра увидела, как ее мастер целуется с какой-то девушкой. И снова киборга захлестнули неведомые доселе чувства. Зрение сместилось в красный спектр, синтетические миоволокна сжали кисти в кулаки. Киборг двинулся к целующимся.
Мастер увидел приближающуюся Астру. Странно, невероятно, но она чувствовала. И способна ревновать.
-Стой, - крикнул Винтер.
Астрпа замерла, а потом кинулась прочь. Неизвестно, сколько она бежала. Усталость была неведома киборгу. Остановилась она лишь тогда, когда увидела толпу.
-Пожар, - раздался. Все усиливаясь, шум. И тут изнутри горящего здания раздался отчаянный крик. Люди застыли.
Астра протиснулась сквозь толпу и вошла в огненную ловушку. Вспыхнул парик, трещал синтетический эпидермис. Термоустойчивость фотоэлементов была на приделе. И тут она увидела придавленного шкафом парня. Киборг откинул ловушку, подхватила жертву на руки и вынесла наружу. К нему сразу же бросились желающие помочь.
Астра посмотрела на происходящее некоторое время, потом развернулась и пошла в огонь. Вскоре от температуры прекратил работу мотор, аналог сердца. Сгорел ЦП, головной мозг. И последней мыслью было: ALIIS INSERVIENDO CONSUMOR (служа другим сгораю).
Балка обрушилась, окончательно разрушая все.

3

Потом на месте пожарища одиноко стоял мастер. Он рылся в обломках, пытаясь найти хоть что-то от Астры. И, наконец, нашел. Обгоревшая до металлического состояния кисть. Винтер принес ее к себе и поставил на видное место. Как память.

09:16 

самое последнее

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
написано неделю назад. В Академии. Перед этим я препода ждал часов 6 (не дождался) :abuse:

Он курил и смотрел на звезды,
Что сияют в небесах
Жаль, что встретились они поздно.
И непрошенная слеза
По щеке его покатилась
Это бред, так быть не может …
Ты, богиня. Средь нас очутилась.
Только поздно, поздно, Боже.
Не молитва то, не проклятье…
Пустота; только боль в груди.
Завтра свадьба… белое платье…
Он на звезды смотрел и курил.

09:17 

написано в метро

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Dark times
Это время знает одно
Слом эпох, перепутье лет.
Черно-белое будто кино.
Бог иль дьявол – ответа нет.
За холодным порогом ночь
И звезда догорит сейчас.
Уходи, говорю тебе, прочь.
Скоро солнце выйдет, лучась.

09:22 

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
Вот и снова прощание,
На висках седина.
Да, навек расставание.
Чья вина?
Кто виновен в ошибке,
Что не исправить никогда.
След бледный улыбки.
Прощай. Навсегда.

09:44 

мысли

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
:duma2:
как тяжело жить по чести. Легче сдаться, отступить назад; еще на шаг, еще. При этом оправдываться: никому не будет лучше, если я останусь при своем мнение. Лучше согласиться, а потом... И ты делаешь первый шаг назад. Тебя мучает совесть, но... Вскоре - второй шаг. Совесть мучает уже меньше. Стены позади нет... И в один момент ты поймешь, что от истинного тебя в душе не осталось ничего.

@музыка: Оргия правдеников - Последний воин мертвой земли

@настроение: задумчивое

10:39 

рассказ на конкурс (год назад написан)

Жизнь похожа на Рейстлина Маджере. Такая же мрачная, но любимая. (с)
ДОЛГ ВЕРНЕТ ЛИШЬ ВОЛК…


Homo homini lupus est
(человек человеку - волк)




INTRO

…Волк спешил. Где-то рядом добивали его стаю. Пахло кровью и смертью. И еще чем-то кислым и удушливым… Падали бойцы, опытные волки, валились на снег самки и детеныши. Но им было не помочь.
Р-вар спешил спасти свою возлюбленную, единственную, кому еще можно было попытаться помочь. Вперед, все быстрее… Пар шел от морды, дыхание со свистом вырывалась из легких, ярко-розовый язык свесился на бок…
Волк вылетел на поляну. И завыл. От боли, горя и безысходности. А затем – рванулся прочь.
На поляне все закончилось. Волчица Ри-уу, Снежная, его возлюбленная, лежала на боку. Кровь запеклась вокруг ее морды. Как после удачной охоты. Но на сей раз – по-другому: эта кровь была ее. Вокруг двигались враги. Двуногие с «жалящими палками», несущими смерть. Псы, когда то родственники, а ныне – предатели, кружились вокруг, бестолково лая.
…Волк несся по заснеженному лесу. В глазах его были слезы. Впервые за всю долгую жизнь.
Наконец Р-вар остановился. Он вновь дал волю своему горю, а затем отбросил прошлое. Как ненужную, обглоданную кость. Сомнения исчезли. Он будет мстить двуногим! До конца своей жизни.
И вновь волчий вой раздался в лесу.


1. СПАСЕНИЕ

…Его сорвал с места лай собак. Всего лишь несколько мгновений отдыха. Так мало. Хочется остановиться, упасть в снег и не о чем ни думать. Но это будет последней ошибкой. Позади свора псов. Родственнички, к Одноглазой их.
А, что еще хуже, где-то рядом их хозяева. Такие же, как и убившие Снежную…
Накликал. Из-за деревьев появился двуногий, сжимающий в руке «жалящую палку». Миг, и он приставил ее к плечу. Раздался жуткий шум и что-то маленькое, пролетев, сбило ветку над самым ухом. Выскочил второй. Прямо оттуда, куда так стремился Р-вар, Быстрый. Последний из Стаи.
-Похоже, отбегался, - подумал Р-вар, - это моя последняя охота.
Было жутко обидно. Нет, не умирать… ведь все равно попадешь к Одноглазой, Чье Око Светит Сверху. Не хотелось погибать в одиночестве. Р-вар всегда мечтал сгинуть в таком бою, где его клыки бы успели сжаться на горле врага мертвой хваткой…
Двуногий прицелился и… Все случилось мгновенно. Миг, и появился еще один такой же. Впрочем, отличающийся от тех двоих. Примерно так же, как он, Р-вар, выделялся бы в своре собак. Появившийся был Воином.
Двуногий направил на него палку и что-то сказал. Судя по тону, очень грубо. Зря: миг спустя он рухнул в снег. Его оружие оказалось в руках новоприбывшего.
Сообщник упавшего рванулся вперед, «палкой» нанося удар. Его противник (Быстрый не мог назвать его «двуногий»; в нем чувствовалась душа истинного Волка) отбил удар. Спустя мгновение в снегу оказался еще один двуногий.
Из кустов выскочили псы. Р-вар встал рядом со своим нежданным спасителем. И схватка продолжилась…

Егерь Владимир Мечницкий гулял по лесу. Сезон охоты закончился, и для него началось время работы. Как говаривал его шеф: «Браконьер не спит… И нам пока рано». С этой фразой Владимир был полностью согласен.
В зимнем лесу он отдыхал душой. Вдыхал морозный воздух, любовался на укутанный снегом лес. Ходил по лыжне, катался на коньках по льду озера Весеннее, находящегося рядом с заповедником. В это время в его израненной, обожженной пламенем войны душе наступала гармония.
Спокойствие умиротворение исчезли в один миг. Лай собак, крики, выстрелы…
-Браконьеры, - понял егерь, - дьявол, я, блин, ружье забыл. Это ж надо же так… Ладно, али я не рукопашник… Разберемся.
И он побежал в сторону, откуда раздавался шум.
Успел он вовремя. Один из браконьеров пытался перезарядить свою двустволку (похоже, дилетант, - машинально отметил Владимир). Второй готовился выстрелить в дичь: матерого серого волчару. Сзади раздавался собачий лай. Он приближался…
Услышав посторонний шум, «стрелок» обернулся. Ствол его отечественного МР-153 оказался направлен прямо в живот егерю.
-Эй, ты, вали отсюда …
Тело среагировало само. Уход, захват, удар, бросок, добивание; все это было проделано так быстро, что второй не успел выйти из ступора, вызванного неожиданным появлением егеря. Первый браконьер был обезврежен. Быстро и профессионально. Его оружие оказалось в руках егеря. Как и требуется от мастера, владеющего системой Кадочникова.
Второй в это время начал действовать. Поскольку он пребывал еще в ступоре, то и среагировал неадекватно: рванулся вперед, пытаясь обрушить приклад своего оружия Владимиру на голову, вместо того, чтобы выстрелить.
Держа оружие двумя руками, егерь сблокировал удар. Затем – резкий удар ногой в подколенный сгиб и надавливание. Браконьер упал на одно колено. Владимир ему нанес аккуратный удар прикладом по затылку.
Тут из ближайших кустов выскочили псы. Пятеро волкодавов.
-Черт, а вот это уже серьезней, чем те два дилетанта. И почему они, по всем правилам охоты, не взяли с собой гончих там, или борзых. С ними было бы легче…
Владимир любил собак и знал про них много. В силу своей профессии немало он ведал и про охоту, в том числе и на волков. Знал егерь, что при охоте на волков используют гончих или борзых (до революции при больших охотах использовали обе породы собак одновременно); борзая должна брать волка "в холку" или "в ухо" и валить его на землю, удерживать до подхода охотников. Если же она брала волка за зад или, как говорили, за "гачи", то считалась бракованной, и к собаке прикреплялось позорное прозвище "гачница". Стаями охотились на матерых волков и волчиц, а с одной - двумя собаками брали только молодых волков первого-второго года жизни. В общем, много знал егерь об истинной охоте. А вот браконьеры, судя по всему, об этом не ведали.
…Стрелять в собак не хотелось. Егерь поудобнее перехватил ружье и изготовился к схватке. Вдруг он почувствовал рядом чье-то присутствие. Владимир скосил глаза: рядом с ним встал готовый к драке волк. Удивляться времени не было: псы рванулись вперед. Егерь увернулся от первого и взмахнул ружьем. Мельком он заметил, как волк вместе с двумя собаками покатился по снегу в жестокой свалке…
-Неужели я жив? – мельком удивился егерь, поднимаясь. Он зачерпнул в руки пригоршню снега и стер ею с лица кровь. Огляделся: невдалеке поднимался его нежданный союзник. По его морде, от уха к пасти тянулась кровоточащая рана. Волк посмотрел в глаза человеку и побежал. Спустя несколько секунд он растворился в лесу…


INTERMEZZO

…-Подсудимый, встаньте. Подсудимый Мечницкий, вы обвиняетесь в нарушении статьи 112 («Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью») п. 1а, статьи 245 (Жестокое обращение с животными) Уголовного Кодекса Российской Федерации…
Была лишь обида и непонимание. И срок: 3 года.
В тот момент что-то надорвалось в нем…


2. ОПЛАТА ДОЛГА.

… Он бежал по белому снегу, словно зверь, чувствуя за спиной погоню. Несмотря на сильный мороз, Владимиру было жарко. Тяжелое дыхание вместе с паром вырывалось изо рта. Кровь капала на снег, окрашивая его алым. Капля за каплей срывались и падали вниз, унося вместе с собой жизнь. Еще некоторое время он сможет бежать, потом кровопотеря снизит его скорость, сделает его легкой добычей конвоя. А те церемониться с ним не будут.
Нога запнулась о корень. Он смог смягчить падение, грамотно подставив руки, но лбом налетел на чуть выступающий камень. В глазах померкло...

По снегу быстрыми прыжками несся волк. Все его мускулистое тело от порванных ушей и до кончика длинного хвоста было покрыто шрамами. Серая шкура зверя на фоне ярко-белого снега казалась оптическим обманом. Но волк был материален…
Р-вар знал, что ему нужно спешить. Он чувствовал: Воину требуется помощь. И спешил вернуть долг, спасти жизнь.
Волк увидел его, лежащего на снегу. Быстрый втянул носом воздух. Вблизи были преследователи: люди и псы.
-Как тогда, - мелькнула мысль. Надо было спешить.
Огромный волк подскочил к лежащему человеку, клыками цапнул его за рукав, забросил себе на спину и побежал…

-Товарищ сержант, беглеца схватил волк.
-Что?! Этого не может быть; последнего волка здесь пристрелили лет десять назад. Это зэчара, опытный, гад, наверное, он…, - перемежая слова матом, ответил ему сержант. Он собрался продолжить, но тут подбежал еще один конвойный.
-Товарищ сержант, собаки не идут дальше, они поджимают хвосты и воют.
На этот раз мата было больше.
-Точно уверен, что это волк?
-Да я, я в детстве все лето в тайге провел, я… я, блин, любую живность отличу по следам, - ответил конвойный обижено.
-Ладно, возвращаемся назад. Потом напишу рапорт, - ответил сержант.
Они возвращались обратно в лагерь, сопровождаемые волчьим воем. В этих звуках чувствовалась радость, но ее настоящую причину никто не понял.

…Владимир открыл глаза оттого, что что-то теплое, мокрое и шершавое двигалось по его лицу. Перед ним находился волк. Сидел и смотрел умными желтыми глазами. Шрам, тянущийся от его острого уха до нижней челюсти, был знаком беглецу.
-Я возвращаю долг, - почувствовал во взгляде зверя бывший егерь.
Кромке того, во взгляде волка была тоска и боль…
И еще – стихи:
Ночь, одиночество, луна…
Я слышу одинокий вой в дали.
Там далеко, средь гор и мрака, одна
Волчица плачет по утерянной любви.

И вой разносится по лесу,
Никто не отвечает… Все ушли…
Свирепая судьба уж разыграла свою пьесу,
А одинокая волчица плачет там вдали…

Зачем так одиноко воешь на луну?
Она нема и холодна, ей не понять тебя,
Ей все равно, что Смерть оставила тебя одну.
Скорбя, ты на напрасную погибель обрекла себя!

Услышали твой вой другие волки,
Ты знаешь – стаи больше нету за спиной.
И жизнь твоя обречена разбиться на осколки,
Чужая стая мчит, не убежала… Будет бой…
(с) Dragon Shadow


OUTRO

Спустя полгода в таежный городок Темень вошел человек. Длинные волосы его были собраны на затылке в хвост, на лице было несколько порезов (тяжело бриться найденным лезвием ножа). Одежда этого человека состояла из грязного донельзя бушлата, зимних штанов и валенков. Впрочем, некоторые люди в этом городке были одеты более экзотично. Жители городка настороженно косились на чужака, но этим дело и ограничилось.
-Есть в вашем городе какая-нибудь работа для меня? – подошел он к ближайшему «туземцу».
Тот внимательно оглядел его, о чем-то подумал и усмехнулся:
-Найдется. Дрова, к примеру, рубить умеешь?
Бывший егерь кивнул.
Житель ахнул рукой: иди, мол, за мной.
-Начинаю новую жизнь, - продумал Владимир, следуя за местным. Где-то вдали, словно прощаясь, завыл волк…

Дневник Бэр Мелан

главная